Преподаватель политэкономии (polit_ec) wrote,
Преподаватель политэкономии
polit_ec

Categories:

Карл Маркс и роботы

Прежде чем товары смогут реализоваться как стоимости, они должны доказать
наличие своей потребительной стоимости, потому что затраченный на них труд
идёт в счёт лишь постольку, поскольку он затрачен в форме, полезной для
других
. Но является ли труд действительно полезным для других, удовлетворяет
ли его продукт какой-либо чужой потребности, — это может доказать лишь обмен
.

К.Маркс. «Капитал», том 1, глава 2.

Роботы уже стали нашими помощниками во многих делах и с каждым днем все больше входят в нашу жизнь. Недавно я обнаружил для них еще одно, несколько необычное, но забавное применение. Оказывается, они прекрасно подходят для троллинга верующих марксистов. 😊

В одном из комментариев я полушутя заметил, что скоро роботизация покончит с теорией прибавочной стоимости. Благодаря роботам на заводы перестанут нанимать рабочих, бизнесу станет просто некого эксплуатировать в марксистском смысле слова, а прибыль никуда не денется. Следовательно, будет очевидно, что ее источником является вовсе не эксплуатация.

Что тут началось! Налетели поклонники марксизма. Один начал доказывать, что полной роботизации не может быть никогда, потому что человека с его интеллектом заменить невозможно. (Ну да, ну да. Компьютер победил чемпиона мира по шахматам еще в 1996 году – 25 лет назад. Где уж ему справиться с рутинными производственными операциями). Другой в полном соответствии с Марксом, но вопреки очевидности заявил, что если не будет наемного труда, то не станет и прибыли – именно потому, что некого будет эксплуатировать. По Марксу средства производства, в том числе и роботы, только переносят на произведенную продукцию свою собственную стоимость, но не могут создавать новую стоимость, которая служит источником прибыли. И т.д., и т.п.

Картина печальная. В силу особенностей нашей истории множество людей застряли в теориях середины XIX века, которыми по идеологическим причинам морочили голову при советской власти, и пропустили следующие полтораста лет развития экономической науки. Когда с ними беседуешь, так и ждешь, что следом тебе расскажут про плоскую Землю, которая стоит на трех китах. И будут хихикать над дурацкими, по их мнению, возражениями. Если Земля шар, что же мы с нее не скатываемся? А если у нее нет опоры – как же она не падает вниз?

Бедняги даже не подозревают, что марксистская политэкономия – это не последнее и окончательное слово науки, а давно устаревшая маргинальная теория. Сегодня она представляет интерес только в силу того влияния, которое в свое время оказала на умы и события. На поднятые Марксом вопросы современная экономическая наука дает совершенно другие ответы.

Темы, которые составляют основное содержание «Капитала», рассматриваются в курсе микроэкономики. Это раздел экономической теории, который изучает поведение фирм и других экономических агентов на рынке.

Начнем, вслед за Марксом, с вопроса о ценах, по которым продаются товары. Что делает предлагаемый на рынке товар пригодным для продажи? Труд? Ничего подобного. Спрос и только спрос. Сам Маркс неоднократно указывает, что если на товар нет спроса (он не удовлетворяет ничью потребность), то продать его невозможно, сколько труда ни вкладывай, и затраченный труд бесполезен. В то же время если спрос имеется, если покупатели признают товар полезным для себя и готовы платить за него, то неважно, сколько труда вложено в создание этого товара и вложен ли труд вообще. Вы же не выясняете в магазине, какая себестоимость у товаров, если они вам нужны и цена устраивает. Труд не может без учета спроса объяснить наличие у товара меновой стоимости, а спрос и без участия труда это объясняет. Как говорится, хрен с мясом хорош, а мясо и без хрена неплохо.

(В связи с этим надо отметить важную роль предпринимателя. Наемным рабочим все равно, какой товар производить, лишь бы им платили зарплату. Это предприниматель на свой страх и риск принимает решение, что выпускать. Если он правильно определил спрос, то именно это делает труд рабочих полезным для общества. Эту решающую роль предпринимателя в создании стоимости Маркс полностью игнорирует. Если же предприниматель ошибся, все убытки на нем: рабочим за их бесполезный труд уже уплачено, а товар остался нераспроданным. Организация и обеспечение финансирования бизнеса, управление им, а также принятие на себя деловых рисков – это общественно полезные функции предпринимателя. Они являются объективным основанием для получения им части добавленной стоимости, созданной на предприятии – прибыли).

Когда есть предложение товаров и есть спрос на них, конкретная цена определяется взаимодействием этих рыночных сил. Каждый продавец хочет продать свой товар как можно дороже, каждый покупатель хочет купить как можно дешевле. Но продавцов и покупателей много, они конкурируют между собой, и цена установится на уровне, при котором спрос и предложение уравновесят друг друга. Такая цена называется равновесной. Как именно она формируется мы посмотрим чуть дальше, а пока констатируем, что обсуждать цену («стоимость») без учета спроса бессмысленно.

По Марксу стоимость товара определяется «общественно необходимыми затратами труда», то есть средними трудозатратами его производителей при нормальных для данного общества условиях производства. Но сам же он пишет, что реальные цены могут отличаться от «стоимости» в зависимости от имеющегося спроса. Рынок может не признать затраты труда общественно необходимыми.

«Допустим, наконец, что каждый имеющийся на рынке кусок холста заключает в себе лишь общественно необходимое рабочее время. Тем не менее общая сумма этих кусков может заключать в себе избыточно затраченное рабочее время. Если чрево рынка не в состоянии поглотить всего количества холста по нормальной цене 2 шилл. за аршин, то это доказывает, что слишком большая часть всего рабочего времени общества затрачена в форме тканья холста. Результат получается тот же, как если бы каждый отдельный ткач затратил на свой индивидуальный продукт более, чем общественно необходимое рабочее время» («Капитал», том 1, гл. 3).

То есть Маркс понимает и признает, что товар стоит столько, за сколько его можно продать. Тем не менее, дальше он игнорирует этот важнейший фактор формирования цены и прибыли. Товары у него продаются в первых двух томах по стоимости, а в третьем по ценам производства – издержки плюс средняя прибыль. (Это тоже не вполне реалистично - доля прибыли в цене разных товаров очень сильно различается. Но уж во всяком случае это гораздо лучше, чем воображать «капиталиста», который закладывает в калькуляцию цены прибыль пропорционально фонду оплаты труда, как в модели с «прибавочной стоимостью» 😊). Беда в том, что «стоимость» и «цена производства», основанные на затратах, отражают подход к ценообразованию продавцов, то есть одной стороны рынка. Между тем на рынке роль другой стороны - спроса покупателей -  в формировании цен ничуть не меньше, чем предложения.

Чем определяется спрос на товары? Во-первых, тем, какие средства покупатели хотят и могут потратить на покупку товаров, а во-вторых, их потребностями, тем, как они оценивают полезность для себя этих товаров и распределяют между ними свои расходы. Эти решения у каждого отдельного потребителя субъективны.

Некоторых смущает, что полезность нельзя объективно измерить. Но это вполне естественно, потому что она и есть выражение субъективных оценок, которые у каждого человека свои, да еще и постоянно меняются. Сегодня вам захотелось севрюжины с хреном, а завтра конституции (например, чтобы ее изучением отвлечься от чувства голода в разгрузочный день). Один и тот же товар может представлять большую ценность для одного потребителя и никакой ценности для другого (например, сигареты для курящего и некурящего).

В обычной жизни полезность измеряется деньгами. Сколько вы готовы заплатить, чтобы приобрести тот или иной товар, и какой именно набор товаров покупать – это вы решаете на свое усмотрение в рамках своих возможностей. Сумма субъективных предпочтений всех потребителей вместе взятых формирует их общий спрос на конкретные товары в количественном и денежном выражении.

Готовую продукцию, благодаря ее полезным свойствам, потребители оценивают выше, чем то, что требуется для ее выпуска. Это и есть источник прибыли. Товары, которые оцениваются недостаточно высоко по сравнению с исходными ресурсами для их изготовления, не окупаются и просто не производятся.

Объем спроса на тот или иной товар сильно зависит от цены. Например, если в магазине проводится акция, то продажи растут, люди покупают большее количество товара, а зачастую и на большие суммы, чем без акций. В то же время если товар подорожал, то его купят меньше или вообще не купят, а выберут взамен какую-то альтернативу – например, свинину или курятину вместо говядины.

Можно нарисовать график зависимости спроса на товар от цены. Это будет кривая, которая показывает, что чем выше цены, тем меньше объем спроса, и наоборот.

Теперь, когда мы разобрались со спросом, перейдем к другой стороне рынка – к предложению. В экономике работают фирмы, которые предлагают на рынке различные товары и стремятся максимизировать свою прибыль. Существует несколько определений прибыли, для простоты мы будем рассматривать ее как разность между выручкой от продажи товара и затратами на его производство.

Итак, фирма производит товар, для этого она приобретает на рынке ресурсы: сырье, оборудование, рабочую силу и т.д. Выручку «капиталист» получает от покупателей, а не от рабочих, которых он якобы эксплуатирует. Эта выручка зависит от объема продаж и уровня цен.

Если спрос на рынке хороший и цены на какой-то товар растут, то фирмы, которые его выпускают, будут расширять свое производство, чтобы получить больше прибыли. Кроме того, на этот отраслевой рынок будут входить новые фирмы. Но рост производства не бесконечен. Его граница определяется предельными затратами на производство. Теоретически, при идеальной (совершенной) конкуренции между фирмами, они наращивают производство пока предельные затраты не сравняются с ценой продажи товара. (Ради краткости и простоты изложения мы здесь не рассматриваем другие случаи).

Предельными затратами называется прирост затрат, необходимый для выпуска следующей единицы продукции. Для увеличения производства фирме нужно купить больше сырья, может быть, приобрести новое оборудование, нанять дополнительных работников, взять кредит, в какой-то момент потребуются дополнительные производственные площади и т.п. Пока выручка от увеличения продаж перекрывает рост затрат и прибыль растет, растет и объем производства. Но этот рост прекращается, если расходы на выпуск следующей единицы продукции равны цене ее продажи, то есть предельные затраты сравнялись с ценой.

Тогда увеличение выпуска еще хотя бы на одну единицу уже не принесет прибыли. Если же фирма выпустит на единицу меньше, то недополучит какую-то частичку прибыли. Так действуют все фирмы, поэтому теоретически, в идеальном случае, сумма их прибыли максимально возможная в существующих рыночных условиях.

Когда цены снижаются, происходит обратный процесс. Фирмы сокращают производство, а некоторым приходится совсем его остановить – если их издержки не позволяют выпустить с прибылью хотя бы одну единицу продукции.

Таким образом, для предложения тоже можно нарисовать график в зависимости от цены, и это тоже будет кривая, похожая на кривую спроса, но с противоположным наклоном.


 Совместив графики спроса и предложения, мы обнаружим точку их пересечения, в которой объемы спроса и предложения совпадают. Соответствующая этой точке цена – это и есть та равновесная цена, которая установится на рынке.

Естественно, это равновесие не застывшее, а динамическое, оно меняется вместе с изменением рыночных условий. В 2020 году мы видели, как из-за сокращения спроса упали цены на нефть, на металлы и многие другие товары, и видим, как в результате увеличения спроса эти цены растут в 2021 году. Между тем средние трудозатраты на их производство, которые по Марксу являются важнейшим фактором, определяющим ценовые пропорции, существенно не изменились. Такие изменения цен и объемов выпуска происходят на рынке постоянно, он живет и дышит, приспосабливается к изменениям спроса и предложения. Экономическая теория, претендующая на корректность, обязана учитывать и объяснять эту динамику и ее движущие силы, которые, собственно, и определяют поведение экономических агентов.

Так работает рыночная экономика на микроуровне, если описывать ее в самом общем виде, сильно упрощенном даже по сравнению с полным теоретическим курсом микроэкономики, не говоря уж о реальной жизни. Тем не менее, эта элементарная модель дает представление об основных закономерностях спроса и предложения, которые формируют рыночное равновесие. Очевидно, что в этой экономической системе нет места «эксплуатации». Если учитывать роль спроса, то миф о прибавочной стоимости рассеивается как дым.

Уровень заработной платы, как и цена других экономических благ, определяется спросом и предложением на рынке труда. За полтора века, прошедшие после выхода «Капитала», в развитых странах мира экономика выросла в огромной степени, причем заработная плата росла опережающими темпами. Это наглядно опровергает вывод Маркса о якобы неизбежности абсолютного и относительного обнищания пролетариата при капитализме, который прямо вытекает из его теоретической модели.

Теперь вернемся к нашим роботам. Для предпринимателя заработная плата – всего лишь один из элементов издержек. В процессе ведения бизнеса он старается подобрать такую комбинацию ресурсов, которая позволяет максимизировать прибыль, то есть разность между выручкой от реализации продукции и затратами на ее производство. В зависимости от конкретной ситуации на рынке, он может больше вложить в технику чтобы меньше тратить на заработную плату, либо наоборот, нанять больше дешевой рабочей силы и сэкономить на техническом оснащении. Когда и если развитие робототехники позволит ему выпускать продукцию без использования живого труда рабочих, и при этом издержки, связанные с покупкой и обслуживанием роботов, будут меньше, чем при прежней организации дела (а иначе внедрять их бессмысленно), роботизация производства состоится.

Наемным рабочим придется переместиться в другие сферы деятельности, где живой труд еще востребован, а кому-то, возможно, стать получателями пособий, базового дохода или других форм социальной поддержки. При всей огромной важности этих социальных вопросов для общества, они несущественны для конкретной обсуждаемой темы - о принципиальной возможности или невозможности получения прибыли после замены работников роботами, следовательно, о правильности или ошибочности теории об «эксплуатации» рабочих как источнике прибыли.

Микроэкономическая модель рынка, которая учитывает закономерности спроса и предложения, показывает вполне наглядно, что получению прибыли роботизация не только не мешает, а помогает. Прибыль увеличится как минимум благодаря экономии на затратах, а вероятно еще и за счет дополнительной выручки. В конкурентной экономике меньшие издержки ведут к снижению цен и росту продаж в количественном выражении, что зачастую сопровождается их увеличением и по стоимости.

С чего бы вдруг прибыли исчезнуть после роботизации, как вытекает из теории Маркса, совершенно непонятно. Для этого сумма продаж должна была бы резко сократиться, до величины уменьшившихся издержек производства, чтобы разность между выручкой и затратами свелась к нулю. Предпосылок для этого не имеется.

Как мы уже видели, фирмы занимаются производством только пока оно приносит прибыль. Если бы в результате роботизации прибыль вообще исчезла, то все фирмы остановили бы производство, и предложение на рынке стало бы равным нулю. Это очевидно противоречит тому факту, что при снижении издержек и цен объем продаж растет.

Кто-то скажет, что исчезнет спрос со стороны рабочих, и продукция не будет распродаваться. Но, во-первых, он не исчезнет, это социально и политически невозможно. Даже если допустить, что все производственные рабочие в одночасье станут безработными, и никто из них не найдет себе другого занятия, это будет означать лишь необходимость их социального обеспечения, например, за счет налогов на роботов или из каких-то других источников. При этом дополнительные издержки фирм на социальные расходы, связанные с роботизацией, могут замедлить ее развитие и дать дополнительное время для адаптации рынка труда к новым условиям.

Во-вторых, чисто теоретически, даже при полном отсутствии спроса за счет заработной платы полная реализация продукции и расширенное воспроизводство капитала все-таки возможны. Для этого важен совокупный потребительский и инвестиционный спрос, а не существование в экономике доходов какого-то определенного вида. В этом несложно убедиться, взяв, например, простейшую марксову схему расширенного воспроизводства из 21 главы 2 тома «Капитала» и подставив в нее v=0, то есть обнулив объем заработной платы. При соблюдении оговоренных в этой схеме условий по соотношению между I и II подразделениями вся продукция прекрасно распродается с прибылью, и производство растет. Исключительно из человеколюбия, но никак не в силу принципиальной необходимости можно даже допустить, что бывшие рабочие при этом потребляют за счет части прибыли, которая попадает к ним через систему налогов и пособий. (Вообще эта схема воспроизводства не имеет специфически марксистского содержания и представляет собой несложную балансовую модель, которая удобна тем, что широко известна, проста для понимания и наглядно показывает в самом упрощенном виде взаимодействие двух подразделений – производства средств производства и предметов потребления – в процессе реализации их продукции, если выделить в составе ее стоимости материальные затраты и добавленную стоимость).

Впрочем, здесь мы от микроэкономики уже переходим к макроэкономике, да еще и с использованием весьма примитивной модели. Это уже другой раздел экономической теории, который изучает функционирование экономики в целом, и он тоже далеко ушел вперед со времен Маркса.

Этот краткий очерк, разумеется, не может заменить систематическое знакомство с курсом микроэкономики. Многие важные вопросы я раскрыл очень упрощенно или вообще не упомянул. Копипастить в ЖЖ учебник микроэкономики бессмысленно, а давать индивидуальные разъяснения было бы обременительно. Поэтому тем, кому это интересно, рекомендую почитать имеющиеся в сети «50 лекций по микроэкономике», где ее основы даются в популярном изложении, а для более глубокого знакомства с предметом выбрать наиболее подходящий для вас учебник.
Tags: Экономическая теория
Subscribe

  • Удар невидимой руки

    Этот пост посвящается моему незнакомому другу по ЖЖ fareasten. Во-первых, это именно он в своем комментарии поднял тему международных…

  • Вышел кризис из тумана…

    Вскоре после окончания наполеоновских войн рыночную экономику стали с печальной регулярностью, каждые несколько лет, поражать кризисы…

  • Могут ли рабочие и капиталисты купить то, что произвели?

    Помню, в раннем подростковом возрасте, читая роман Джека Лондона «Железная пята», написанный в начале ХХ века, я был потрясен…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 570 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Удар невидимой руки

    Этот пост посвящается моему незнакомому другу по ЖЖ fareasten. Во-первых, это именно он в своем комментарии поднял тему международных…

  • Вышел кризис из тумана…

    Вскоре после окончания наполеоновских войн рыночную экономику стали с печальной регулярностью, каждые несколько лет, поражать кризисы…

  • Могут ли рабочие и капиталисты купить то, что произвели?

    Помню, в раннем подростковом возрасте, читая роман Джека Лондона «Железная пята», написанный в начале ХХ века, я был потрясен…